информация о клане

Гнев Богов [3]

Они были выбраны богами вершить правосудие
и держат ответ только перед богами.

Канцлер Дома Спокойствия Ридон Кар-Миред легким поклоном ответил на приветствие Ардианы Корф и раскрыл папку с досье, которую она положила на стол перед ним.

«№02419 – происшествие в замке рода Иденгардов. 

После смерти главы рода младший брат Норон, чтобы захватить наследство, нанял шайку Красных Псов для убийства старшего брата Каримора. Охрана Каримора была убита, при этом глава шайки захватил старшего брата живьем и потребовал удесятерить положенную плату, грозясь выпустить законного наследника на волю. Норону пришлось уступить и выкупить брата, убить которого он не решился, заточив того в самой глубокой части подземной темницы родового замка и приказав не давать ему еды и позволить пить лишь воду подземных ручьев, что протекают через коридоры и камеры темницы. Норон во всеуслышание объявил, что брат его стал жертвой нападения бандитов, и он принимает наследство отца в свои руки. И хотя слухи о том, что старший брат жив и заточен в подземелье, быстро распространились среди воинов Иденгардов, никто из них не решился не только на мятеж, но даже на высказывание своего недовольства. «Вдова» Каримора леди Немидея согласилась на предложение руки нового главы Иденгардов. По прошествии двадцати дней терзаемый преступлением Норон решил заставить брата подписать бумагу об отречении от наследства, выдать ему 500 золотых и позволить покинуть Тарт на любом попутном корабле. Но отправленные в темницу стражники молодого герцога нашли камеру Каримора пустой. Норон в гневе до смерти запытал тюремщиков, но все они до последнего отрицали, что помогли его брату бежать. Через неделю после обнаружения пропажи пленника поставляющий Иденгардам вино купец обнаружил врата замка настежь распахнутыми. Он въехал внутрь, и страшное зрелище предстало его взору. Двор был усеян трупами воинов, среди коих был опознан и Норон Иденгард. Никого из прислуги замка среди трупов обнаружено не было. Вскоре в селениях, окружающих владения герцога, стали появляться беглые слуги Иденгардов. До смерти напуганные, они не могли ничего вспомнить о происшествии в замке. Проведенные под чарами допросы тоже не дали особых результатов. Они лишь твердили о «посланце смерти» и «рыцаре возмездия», описать которого были не в состоянии, потому что при его появлении падали ниц и молили о пощаде. О судьбе леди Немидеи и Кариморе Иденгарде поныне ничего не известно. Свидетельства, подтверждающие указанные сведения, прилагаются.
Агент Дома Спокойствия Свиристель».

Ридон пожевал сухими губами, ничего не выражающими рыбьими глазами посмотрел на Ардиану, перелистнул и вновь принялся за чтение.

«№14229 – гибель банды Базура Хохотуна.

Синра Милиан Тарс, мой соглядатай в банде разбойника Базура Хохотуна, прошел обряд и был принят в ряды разбойников третьего дня второго месяца весны в лесном лагере, упрятанном в глубине Дубовых Чащоб. Через неделю после этого банда пополнилась тремя беглыми легионерами, разыскиваемыми за военные преступления в Садаре. Среди новичков оказалась Милора Борхас, привлекательная особа с весьма крутым нравом. Милора жестко пресекла грубый интерес бандитов к своей особе, отказав даже самому Базуру, однако все равно понравилась ему и была оставлена в банде. Двадцать второго числа того же месяца в лесной лагерь банды прибыли разбойники с трофеем – пятилетним сыном и единственным наследником графа Вартела Дар-Киана, похищенным при содействии его учителя этикета Дилота. В течение четырех недель мальчика продержали в лагере, дожидаясь выкупа, но его отец не спешил платить, зная, что поспешная оплата может стоить заложнику жизни. Все это время Базур не позволял никому из бандитов покидать лагерь, опасаясь, что они могут продать графу сведения о том, где держат наследника. Недовольство среди бандитов росло с каждым днем. Чуя, что бунт близок, Базур решил послать графу палец сына, но Милора снова дала о себе знать и заявила, что не позволит никому дотронуться до ребенка. Бандиты были готовы растерзать ее, но Базур примирил всех и решил дать графу еще неделю на размышления, отправив новое письмо с тем, кому доверял больше остальных – Горбатым Баредом. Соглядатаю Милиану удалось убедить Хохотуна, что ему стоит отправиться на охоту и подстрелить уставшим от солонины разбойникам жирного бурула, чтобы поднять всем настроение. Отойдя подальше от лагеря, он подал дымовой сигнал и с прилетевшим икаримом передал мне письмо, в котором указал место расположения лагеря Хохотунов. Воспитатель Дилот был схвачен в тот же час, когда я получил весточку. Одному из разбойников удалось выследить, как мой соглядатай отправлял письмо, но Милиан заметил слежку и убил негодяя. Он вернулся в лагерь и был поражен. Бандиты все до единого были мертвы, изрубленные неведомыми врагами. Не хватало лишь двух человек. Милоры Борхас и юного пленника. Через четыре дня закутанный в плащ незнакомец в целости и сохранности передал юного наследника графа столичной страже, и его в тот же день вернули семье. На все вопросы о происшествии в лагере мальчик отвечал лишь: «Мать-Защитница пришла за мной». Ничего больше вытянуть из ребенка не удалось. Досье Милоры было запрошено у садарского Министериума Тайного Приказа, но магистр Ворг Кхала отказался раскрыть полные сведения о ней, упомянув лишь, что считает дело о совершенных ей военных преступлениях подлежащим сомнению в силу большого количества противоречивых улик и свидетельств.
Свидетельства, подтверждающие указанные сведения, прилагаются.
Агент Дома Спокойствия Пересмешник». 

Канцлер вновь мельком глянул на тайного советника, погладил по макушке лежащий на столе череп тархана, что-то беззвучно прошептал и перешел к следующему рапорту.

«№13143 – спасение пехотинца Лусгара Магиала.

В пятый день первого месяца зимы в северо-восточной части Тарта началось возведение временного деревянного форта Тор-Кан. На десятый день недостроенная крепость подверглась нападению тауров. Во время атаки кочевники воспользовались ранее невиданным оружием – зажигательными глиняными горшками, испускающими при горении смрадный дурманящий дым. Вскоре сопротивление немногочисленных воинов и строительных работников было сломлено, полукони ворвались внутрь. В отличие от привычной тактики убивать всех без разбору, кочевники воспользовались сетями для того, чтобы взять часть бойцов живьем. Среди пленных оказался и пехотинец Лусгар Магиал. По словам Лусгара, немного знающего язык тауров, он слышал, как тхан Шор-Баух приказал своему подданному взять полторы сотни воинов и отвезти пленников в Храм Тысячи Черепов. Неделю путников везли в деревянных клетках, ни минуты не сводя с них глаз. Мучимый голодом и жаждой, Магиал впал в забытье.

По следам кочевников была отправлена карательная экспедиция, состоящая из дивизии морской пехоты «Стилетозуб», а также нескольких сотен садарских легионеров-добровольцев, в качестве жеста доброй воли отправленных на помощь императором Алой Империи.

На вторую неделю поисков разведывательный разъезд садар наткнулся на шедшего посреди степи изможденного путника в изношенной и окровавленной одежде. При этом никаких ран на его теле обнаружено не было. Напоенный и накормленный, странник поведал, что его зовут Лусгар Магиал и что он был в числе защитников форта, попавших в плен к таурам. Восстановить последние события пехотинец не мог, даже магам не удалось выведать что-то кроме того, что помнил пехотинец. К Лусгару была приставлена усиленная охрана, но несмотря на это через день он исчез из расположения войск. До настоящего момента его дальнейшая судьба неизвестна. Еще через три дня авангард карательной экспедиции наткнулся на стойбище кочевников, усеянное их трупами. Следопыты свидетельствовали, что, судя по положению трупов, полукони сражались с одним-единственным противником, которому без помощи магии удалось уничтожить полторы сотни искусных таурских бойцов. Копии допросов Магиала Лусгара и свидетельства очевидцев прилагаются.
Агент Дома Спокойствия Пустельга».

Кар-Миред захлопнул папку.

– Занимательные истории, госпожа Ардиана. Весьма занимательные. Подобных много в запасе у менестрелей и трактирных пустобрехов. Но наш Дом существует для того, чтобы в Империи было Спокойствие. Вы понимаете? Спокойствие! Мне не интересны истории, которые ставят вопросы. Вопросы вызывают тревогу. Чтобы воцарилось Спокойствие, нужны ответы! Они у вас есть?
– Мы все еще собираем сведения… – начала Корф.
– У вас есть версии?
– Есть.
– Говорите!

Ардиана потрогала кристалл амулета, висевшего на шее, и неторопливо начала.

– Вам известна притча про Гнев Богов, ваше высокопревосходительство? Я узнала о ней из книги садарского хрониста Барфеуса «Обряды и верования примитивных племен Тарта». У одного из дикарских племен, живущих на юге континента, есть поверье, что если человеку грозит смерть, которой он не заслужил, то на самом краю гибели он может воззвать к одному из богов и попросить его о заступничестве. Если несправедливость столь велика, что она способна тронуть бога и вызвать его праведный гнев, он наделит вопрошающего великими силами, чтобы восстановить правосудие.

Разглядывающий Ардиану канцлер стал настолько неподвижен, что тайный советник поймала себя на мысли о том, что разглядывает мумию. Но она вспомнила о слухах, будто Ридон способен читать мысли, спохватилась и переключилась на размышления о работе.

– А у вас имеется что-либо помимо баек, госпожа Ардиана?
– Да, ваше…

Неторопливым жестом руки Кар-Миред прервал официальное обращение.

– На территории Империи Бури появился клан воинов, которые считают, что никто кроме Творцов не имеет над ними власти. И среди них замечены люди, весьма похожие по описаниям на Каримора Иденгарда, Милору Борхас и Магиала Лусгара. На их гербе изображен лик Атея, которого считают самым юным и вспыльчивым из Творцов.

Впервые в жизни Ардиана увидела, как выражение лица канцлера изменилось: брови его слегка дрогнули, в глазах на мгновение вспыхнул отблеск удивления.

– Предоставьте мне все бумаги по этому делу, дорогая. И полный список агентов, которые им занимаются. Вы свободны.

Когда Ардиана, поклонившись, вышла, Ридон постучал пальцами по массивной дубовой столешнице, потянулся к документам, но застыл на месте, заметив отблески света, заигравшие на стенах кабинета. С завидной для его возраста проворностью он подскочил к Сфере Адана, откинул ее верхнюю часть и воззрился на скрытый внутри барельеф. Глаза платинового Атея горели огнем.

– Еще один, – пробормотал Кар-Миред. – Надо уведомить Невидимых Посланников. Мы должны найти его первым. Да не иссякнет во веки веков гнев твой, Превеликий Атей!